Будущее, в которое мы стремимся

Развитие современной цивилизации дает все больше оснований для осознания необходимости изменения не просто отдельных параметров (например, снижения детской смертности, роста занятости или экономии воды), а изменения самого вектора. Несколько...

Развитие современной цивилизации дает все больше оснований для осознания необходимости изменения не просто отдельных параметров (например, снижения детской смертности, роста занятости или экономии воды), а изменения самого вектора. Несколько лет назад Вацлав Гавел, выступая в Стэнфордском университете, отмечал, что, хотя первоначально западная цивилизация основывалась на глубоких духовных принципах, постепенно она выродилась в своего рода стратегию потребительства.

Обеспечение роста ВВП — главным образом, за счет практически неуклонного наращивания спроса, в том числе потребительского, — неминуемо провоцирует размывание так называемых базовых ценностей, хищническое использование природных и людских ресурсов, в первую очередь, развивающихся стран. И в конечном счете ставит под угрозу само существование современной цивилизации. 

Как справедливо подчеркивает Эрвин Ласло, мировое сообщество столкнулось с новым и достаточно неожиданным вызовом, никогда ранее не наблюдавшимся в истории человечества: массовый образ жизни не позволяет продолжать жить. Сохранение цивилизации требует кардинальных изменений. И речь идет не об их необходимости, а о том, насколько быстрыми и кардинальными эти изменения должны быть. Для того чтобы выжить и продолжить развитие, не обрекая себя на вымирание, человечество должно пересмотреть свои представления о вселенной, человеке, об идеях прогресса.

Однако, как бы быстро ни менялось общественное сознание и как бы эффективно ни реагировали на существующие вызовы политики, всемирные процессы в течение, по крайней мере, ближайших десятилетий будут происходить в условиях системного цивилизационного кризиса, связанного с исчерпанием возможностей развития, ориентированного на рост материального потребления. Это означает систематические разнообразные проявления финансовых дисбалансов, экономических рецессий и спадов, экономическую неспособность государств и надгосударственных образований, усиление неравенства во всех его крайних формах и проявлениях, вызывающего крайние формы социального протеста — революции и террористические акты. Дополнительные трудности социально-экономического и ментально-психологического характера обусловлены углублением процесса демографического старения стран евроатлантической (западной) цивилизации на фоне абсолютно иного возрастного состава населения стран исламской, буддистской, африканской цивилизаций. Разнообразные локальные модификации модели развития, к сожалению, не позволяют изменить ситуацию в целом, а лишь обеспечивают ситуативные улучшения. 

Налицо чрезмерное и несправедливое в сознании большинства населения неравенство. Именно неприятие несправедливости создает предпосылки для конфронтации между отдельными экономическими, социальными, конфессиональными группами, между государствами и их объединениями, а в конечном счете — и для проявлений терроризма. 

Однако кроме несправедливости текущего распределения ресурсов и результатов экономического развития между ныне живущими поколениями существует, возможно, более скрытая несправедливость в отношении будущих поколений. Речь идет об обусловленных современным образом жизни ограничениях прав и свобод выбора будущих поколений. Хищническое использование ресурсов, ориентация на максимальное расширений материальных потребностей и столь же максимальное их удовлетворение практически не оставляют нашим потомкам права выбора — и поведения, и образа жизни в целом.

Понимая это, ООН в конце прошлого столетия разработала и предложила мировому сообществу Концепцию устойчивого развития, сущность которой сводится к тому, что удовлетворение потребностей нынешнего поколения должно обеспечиваться без ущерба для возможностей будущих поколений удовлетворять собственные потребности. На рубеже веков в соответствии с принципами этой концепции была разработана система количественно измеримых приоритетов «Цели развития тысячелетия», определяющая направления развития на период до 2015 г. В качестве основных были предложены: ликвидация абсолютной бедности и голода, обеспечение всеобщего начального образования, обеспечение гендерного равенства, снижение детской смертности, улучшение материнского здоровья, снижение заболеваемости ВИЧ/СПИДом и малярией, обеспечение экологической устойчивости, формирование всемирного партнерства в целях развития. 

Приоритеты были ориентированы главным образом на развивающиеся страны, и в процессе их адаптации для Украины практически все показатели стали более амбициозными. Это касалось в первую очередь образования (в Украине давно принят более высокий стандарт — всеобщее полное среднее образование) и бедности (глобальные ЦРТ предусматривали двукратное снижение численности голодающих и тех, чье суточное потребление не превышает 1 доллара США по паритету покупательной способности, то есть 3,8 грн в день или 114 грн в месяц). Ежегодно все страны, подписавшие Декларацию тысячелетия, подают в ООН Отчет о выполнении ЦРТ, и сейчас уже ясно, что большинство поставленных целей достигнуты Украиной даже ранее установленного периода. Исключение составляет обеспечение гендерного равенства, где вообще не наблюдается заметного прогресса.

В прошлом году началась работа над определением новой системы, ориентированной на развитие после 2015 г. В отличие от предыдущей, цели и задачи которой разрабатывались специалистами штаб-квартиры ООН, определение параметров новой системы базируется на видении своего будущего максимально широкими слоями общества. Более того, национальные консультации (и это жестко зафиксировано рекомендациями ООН) должны отражать мнения тех, кого обычно не слушают и не слышат правительства, — инвалидов, бедных, иммигрантов, живущих с ВИЧ/СПИД и т. д. и молодежи, которой предстоит реализовывать поставленные цели.

Участие в этой работе (а Украина вошла в группу 89 стран, где проводятся такие консультации) очень важно для каждой страны. Во-первых, оно дает возможность выяснить, чего же хочет население, каким видит свое будущее, и соответствующим образом скорректировать если не сами правительственные программы, то, по крайней мере, их разъяснения. Во-вторых, при условии надлежащего освещения результатов консультаций средствами массовой информации появляются шансы повлиять на массовое сознание, посеяв не то что «разумное, доброе, вечное», но хотя бы сомнения в том, что жизнь на земле ограничивается периодом собственной жизни. Понятно, что текущие трудности, неудовлетворенные материальные потребности в известной мере становятся барьером для взгляда в далекое будущее, но без такого видения долговременное развитие и страны, и цивилизации в целом вряд ли возможно. 

Консультации в Украине проводились в форме открытых дискуссий и опросов, онлайн-опросов: международного — «Мой мир» и национального — «Будущее, к которому мы стремимся», в которых приняли участие свыше 30 тысяч человек. По их результатам определено национальное видение ключевых целей и задач развития Украины после 2015 г.

Интеграция всех приоритетов и задач, сформулированных участниками национальных консультаций, позволяет расставить акценты. Самым важным признано улучшение качества жизни и социального развития в целом; второе по значимости направление — необходимость повышения эффективности управления (не только общегосударственного, но и локального — на уровне местной власти и общины, в бизнес-среде, при участии структур гражданского общества и т. п.); третье — модернизация экономики путем внедрения инновационных технологий; четвертое — защита окружающей среды.

Социальная сфера. Безоговорочное первенство украинцы отдают обеспечению равных возможностей и социальной справедливости. Большинство высказываний участников национальных консультаций так или иначе касалось недопустимости существования в обществе укорененной кастовости, несправедливого и необоснованного расслоения по социальным, этническим, возрастным, гендерным и религиозным признакам. В Украине наиболее остры проявления неравенства, связанные с местом проживания (сельские жители и жители небольших по размеру городов часто страдают не только от недостатка денег, но и от недоступности нормальных условий жизни), составом домохозяйств (самые уязвимые — семьи с несовершеннолетними детьми, особенно многодетные), полом (женщины, как правило, преобладают среди бедных), некомфортно чувствуют себя старики, страдающие не только от нехватки средств, но главным образом от недостатка внимания. Именно поэтому во всех группах людей, разных по возрасту, уровню образования, социальному статусу, обсуждение велось вокруг социальных прав — на труд, социальную защиту, медицинскую помощь, образование, жилье. Самым важным признано обеспечение права на приемлемый уровень жизни (69,8% ответов), на жилье (52,7%), на социальную поддержку нетрудоспособных (46,0%).

Эффективная система здравоохранения и увеличение продолжительности здоровой жизни признано третьим по значимости приоритетом развития после 2015 г. Национальные консультации засвидетельствовали готовность украинцев к реформе системы здравоохранения и понимание — до некоторой степени — ее сущности. Однако не может не беспокоить чрезмерная концентрация внимания населения на роли медицинского обслуживания. Вопреки тому что с качеством и доступностью медицинской помощи связано не более 30% вариаций состояния здоровья и смертности населения (70% обусловлено образом жизни, экологией и генетическими особенностями), среди украинцев доминирует уверенность в том, что все проблемы (действительно чрезвычайно острые) здоровья нации можно решить реформированием медицинской отрасли. Лишь 40% участников консультаций отмечают значимость формирования и распространения в обществе стандартов здорового образа жизни (доля его сторонников обратно пропорциональна возрасту: 46% среди молодежи до 25 лет, 37% — среди 25–34-летних, 39% — среди 35–45-летних и 30% — среди тех, кому за 45; важностью формирования здорового образа жизни чаще озабочены мужчины, чем женщины (50 и 34% соответственно). Говоря о здоровом образе жизни, украинцы отмечают необходимость сокращения потребления алкоголя (предлагается достаточно широкий спектр действий: от государственного регулирования продажи и рекламы алкогольных напитков до искоренения потребления алкоголя на рабочем месте, усиления борьбы с управлением транспортными средствами в нетрезвом состоянии и т. п.). 

Кроме этого, часто упоминается эффективная борьба с курением и необходимость дозированных физических нагрузок. Абсолютно справедливо подчеркивая недостаток необходимой инфраструктуры (велосипедных дорожек, спортивных площадок, недорогих спортклубов и бассейнов), участники консультаций практически не вспоминают о низкой двигательной активности детей и подростков в дошкольных и школьных учреждениях, когда, собственно, и закладываются основы поведения в будущей взрослой жизни.

В условиях практически неминуемой депопуляции и обострения проблем демографического старения, снижение преждевременной смертности представляет собой ключевую задачу не только власти, но и общественности, широких слоев населения. От доступности и качества системы здравоохранения зависит далеко не все: соответствующие усилия по созданию условий для здорового образа жизни должна предпринимать местная власть, а формирование соответствующих установок среди населения — это важнейшая задача органов образования. Поэтому успех возможен только в результате скоординированных усилий и эффективности управления в широком смысле. 

Высокое значение доступности качественного образования, бесспорно, связано с его ролью в формировании трудового потенциала и общекультурной среды в обществе. Однако украинцы обеспокоены не столько возможностями получения образования (об этом речь идет преимущественно в контексте высшего образования), сколько его качеством.

Конечно, разные группы населения определяют разный состав и разные ранги приоритетов. В определенной степени различия обусловлены формулировками вопросов (в частности, это относится к отличиям результатов опросов и дискуссий), но сказываются и особенности структур участников — например, по удельному весу молодежи до 35 лет и лиц с высшим образованием. 

Институциональная сфера. Мнения участников консультаций по поводу организации системы управления достаточно противоречивы, преимущественно это относится к оценкам так называемых средних украинцев, но грешит этим и экспертная среда. Если цели экономического развития, охраны и восстановления природы, социального развития в целом понятны, то цель трансформации системы управления в массовом сознании не сформирована. Все говорят об отдельных проявлениях: искоренении коррупции, построении справедливой системы судопроизводства и т. п., но не формулируют ни общую цель, ни конкретные механизмы управления общественным развитием. Едва ли стоит ожидать этого от представителей широких слоев населения — скорее, нужно ориентироваться на достижение профессионального консенсуса относительно институциональных трансформаций, их сущности, состава, инструментария и т. п.

Возлагая ответственность за развитие экономики, за высокую социальную цену, которую население Украины вот уже в течение долгого времени платит за экономические трансформации, на власть, в первую очередь на правительство, украинцы закономерно называют эффективную и честную власть вторым по значимости приоритетом. Особенно часто о важности такого направления институциональных изменений говорилось в дискуссиях; чаще всего акцент делался на необходимости преодоления коррупции и улучшения работы всех без исключения властных структур. Убежденность в необходимости кадровых и структурных изменений снижается с возрастом (с 56% среди молодежи до 44% среди лиц старше 45 лет), а уверенность в необходимости борьбы с коррупцией, наоборот, возрастает (с 42 до 52% соответственно). Очень важно, что, отмечая необходимость трансформирования действующей системы власти, 77% участников национальных консультаций акцентируют внимание и на недостаточности своих возможностей влиять на принятие решений. Акцент также сделан на необходимости определения долгосрочных приоритетов и программ, позволяющих всем (от бизнесменов до средних украинских семей) формировать собственные планы. Речь идет о долгосрочном или хотя бы среднесрочном планировании (48,2% настаивают на целесообразности 10-летней перспективы, 20,6% — 15-летней, и 18,0% — 25-летней).

Развитие системы управления должно направляться на упрощение преобразований благодаря выявлению препятствий и потенциальных катализаторов реформ. В этом процессе институции, общество и отдельные личности должны ставить собственные цели и определять стратегии и меры, включая политические, содействующие их достижению. Широкое участие населения в общественной жизни — в частности, ощущение, что к их мнению прислушиваются и его учитывают, что они активно привлечены к определению конкретных направлений и путей развития, — содействует устойчивому долговременному развитию не меньше, чем последовательное политическое лидерство, поддержанное сильными командами технологов, способное обеспечить институциональную память и последовательность политических решений.

Любые, даже самые эффективные институциональные трансформации не могут дать быстрых результатов: они проявляются постепенно в течение нескольких лет. Таким образом, добиваться широкой поддержки (или, по крайней мере, восприятия) реформ придется достаточно долго. И в длительности этого процесса, в невозможности быстрого получения желаемого эффекта и кроется главная проблема крайне необходимой реформы системы управления. Нужно наладить систематическую разъяснительную работу, при этом не обещать быстрого улучшения жизни, а честно говорить обо всех проблемах и действиях власти по их решению, обеспечить прозрачность принятия решений и их результатов, сформировать систему взаимодействия между органами власти, бизнесом и структурами гражданского общества. Поэтому именно широкое общественное обсуждение целей развития Украины после 2015 г. может стать первым шагом на этом пути. 

Экономическая сфера. В массовом сознании четко зафиксирован примат экономического развития перед социальными задачами. Однако даже самый бурный экономический рост сам по себе не гарантирует ни социальной справедливости, ни повышения качества и уровня жизни населения. Связь между экономическим и человеческим развитием далеко не автоматическая, ее нужно формировать и поддерживать социальной политикой, выстраивая систему социальных лифтов и одновременно инвестируя средства в здравоохранение и образование, увеличивая количество достойных рабочих мест, предупреждая истощение природных ресурсов их чрезмерной, часто хищнической эксплуатацией, обеспечивая справедливое распределение не только доходов, но и всех результатов экономического роста.

Говоря о необходимости создания современной, модерной экономики, украинцы отмечают необходимость внедрения инновационных технологий и привлечения внешних инвестиций, обеспечения не разового прорыва, а поступательного развития. Необходимые инструменты: упрощение системы налогообложения (вероятно, речь идет о снижении его совокупного уровня), о котором говорили 22% участников консультаций, детенизация экономики (13%), поддержка малого и среднего бизнеса (10%). 

Необходимым условием преодоления чрезмерного территориального неравенства, обеспечения необходимой доступности медицинских, образовательных, культурных, бытовых услуг и крайне важной для Украины мобильности рабочей силы, формирования более крупных локальных рынков труда является развитая инфраструктура, прежде всего дорожно-транспортная.

Вообще, почти 60% участников консультаций видят главное направление экономического развития в инновациях и новых технологиях, подчеркивая, что без этого невозможно обеспечить ни надлежащую эффективность экономики, ни занятость, ни зарплаты работающим. А реализация права на достойный труд чрезвычайно важна для украинцев, причем особенно подчеркивается значимость собственно занятости, возможностей трудоустройства и карьерного продвижения: почти 60% работающих в промышленности, строительстве и здравоохранении отмечали важность права на работу в режиме полной занятости, очевидно не соглашаясь с вынужденной неполной занятостью. Необходимость создания новых рабочих мест — это безальтернативное направление действий для 40% украинцев, закономерно более важное для лиц старше 45 и моложе 25 лет, а также для сельских жителей. Внимание акцентировалось на справедливой оплате труда, внедрении новых более безопасных и производительных технологий.

Не находя работы по месту жительства, люди вынуждены ориентироваться на трудовую миграцию. В частности, 62,5% 18–24-летних участников консультаций согласились бы переехать в другую страну, чтобы найти работу (столько же потенциально готовы на переезд в другой населенный пункт в Украине). Несмотря на то что больше проблем с трудоустройством наблюдается в сельской местности, чаще настроены на переезд горожане (в другую страну согласились бы переехать 42,3% горожан и 34,4% сельских жителей, а в другой населенный пункт в Украине — 46,1 и 29,8% соответственно). Сказываются различия в образовании, квалификации и мобильности в целом. Не может не беспокоить то, что вследствие проблем с работой потенциально готовы на эмиграцию 50% медиков и 35% работающих в сфере образования. Учитывая значение, которое украинцы придают улучшению именно этих сфер деятельности, дефицит кадров может сыграть крайне негативную роль. 

Формирование современной экономики — это не только крайне необходимый ускоренный рост ВВП. Прежде всего требуется реструктуризация, переход от преимущественно сырьевой экономики к экономике знаний. Важнейшей предпосылкой является определение стратегических приоритетов развития страны и государственная поддержка именно тех отраслей и видов деятельности, которые способны обеспечить конкурентоспособность украинской экономики в мире. Наилучшие перспективы украинцы связывают с развитием сельского хозяйства (34%), промышленности (12%) и туризма (8%). Особенно важной считают поддержку национального производителя пищевых товаров, которые, по мнению украинцев, способны не только выгодно заменить импортные продукты, но и успешно экспортироваться. То, что украинцы связывают перспективы экономического роста в первую очередь с сельским хозяйством, вероятно, объясняется качеством земли, с одной стороны, и общим упадком сельских территорий — с другой. Соответственно, подчеркивается нецелесообразность импорта продуктов питания, необходимость кредитов либо иных финансовых ресурсов для оснащения и переоснащения хозяйств, важность развития сельской инфраструктуры, в частности коммуникаций. Конечно, можно оспаривать целесообразность приоритетного развития именно сельского хозяйства как движущей силы достижения конкурентоспособности украинской экономики. Как в добывающей промышленности, так и в сельском хозяйстве действует так называемый закон убывающей отдачи: рано или поздно приходится переходить на менее плодородные почвы, разрабатывать менее удобные и выгодные залежи природных ископаемых. В отличие, например, от обрабатывающей промышленности, где рост объемов производства почти всегда сопровождается увеличением доходов и действует закон повышающейся отдачи, эти виды деятельности не могут стать локомотивом. Однако в краткосрочной и даже среднесрочной перспективе преимущества развития украинского аграрного сектора при соблюдении определенных условий очевидны. Эксперты, соглашаясь с тем, что и сельское хозяйство, и промышленность, и туризм имеют реальный потенциал обогащения страны, подчеркивают также потенциально высокую рентабельность и достаточно быструю окупаемость инвестиций в эти отрасли.

Учитывая, что основным конкурентным преимуществом Украины все еще остается достаточно образованная, квалифицированная и мобильная рабочая сила, выигрыш стоит искать в развитии трудоемких, а не материало- или энергоемких отраслей, в частности, IT-технологий. Украина для их развития имеет необходимые традиции, научные школы и подготовленные кадры. 

Разумеется, пока экономическое развитие будет происходить под флагом дешевой рабочей силы и экспортных возможностей, вряд ли можно обеспечить достойный уровень жизни, создать развитые рынки труда и социальную инфраструктуру.

Экологическая сфера. Ограниченность природных ресурсов и экстенсивный (иногда даже хищнический) характер их использования создают почти непреодолимые препятствия на пути устойчивого развития. С одной стороны, особенности мировой конъюнктуры обусловливают высокую вероятность дальнейшего ускоренного роста ресурсоемкого первичного сектора экономики и ограничения роста высокотехнологичных производств в Украине. С другой — загрязнение природной среды ограничивает развитие производств, базирующихся на использовании высоких технологий, в том числе нанотехнологий, поскольку они требуют соответствующих стандартов качества среды. К тому же высокотехнологичные производства развиваются, как правило, в условиях агломерационной концентрации, что также усугубляет и актуализирует экологические проблемы. Поэтому необходимо формировать соответствующую политику, смещающую акценты на территориальные системы в рамках не только «зеленой», но и «синей» экономики, то есть туда, где, собственно, и создаются условия для развития как отдельной личности, так и территориального сообщества в целом. 

Украинцы, пережившие Чернобыльскую катастрофу, традиционно озабочены экологическими проблемами, тем более что треть населения проживает в сельской местности, объективно более восприимчивой к природным катаклизмам. Вероятно, именно этим объясняется высокое место здоровой окружающей среды среди приоритетов развития. Конечно, разные группы участников консультаций уделили разное внимание охране и восстановлению природы. Этой цели отдали преимущество 32% всей совокупности, причем гораздо больший интерес продемонстрировала молодежь (56%) и люди, считающие себя обеспеченными (67%).

Чаще всего упоминались необходимость защиты лесов и водоемов, доступность чистой питьевой воды и вообще обеспечение экологической стабильности и прав на безопасную природную среду. Почти половина участников обсуждений засвидетельствовали свою готовность экономить энергию в своем жилище. Ясно, что в значительной степени это объясняется высокой ее стоимостью и ожиданиями дальнейшего роста тарифов, но в конечном счете отражает позитивные изменения общественного сознания.

* * *

В отличие от широкого круга участников консультаций научно-экспертная среда сформировала несколько иную иерархию целей. В частности, гораздо больше внимания уделено повышению качества образования как основной составляющей наращивания человеческого и социального капитала страны, модернизации производства (с внедрением инновационных энерго- и материалосберегающих технологий) как экономической основе улучшения качества жизни. Однако эти различия принципиально не меняют общую систему приоритетов. Можно констатировать, что украинское общество в целом имеет весьма устоявшееся видение желаемого облика своей страны и тех изменений, которые нужны для этого. К сожалению, большая часть необходимые изменения относят к другим — власти, работодателям, медикам, учителям, и крайне редко речь шла о необходимости изменения собственного сознания, поведения, отношения к жизни. 

Возможно, поэтому анализ результатов национальных консультаций оставляет вопросов больше, чем дает ответов. 

Начнем с очевидного. Сама по себе постановка вопроса о «тысячелетнем целеполагании» амбициозна, требует выйти за пределы собственной, пускай сложной, но все же ограниченной бренной жизни, принуждает думать о том, как и ради чего будут жить не только наши дети и внуки, но даже прапрапотомки. Судя по полученным ответам наших соотечественников, их настоящее беспокоит куда сильнее, чем будущее этих самых потомков. 

Вот это «беспокойное настоящее» обеспокоило и нас. 

С одной стороны, украинское общество «заряжено» проблемой социальной справедливости. Эту особенность украинского характера, национального самонастроя отмечали многие наши мыслители (Иван Франко, Владимир Винниченко, Юрий Лыпа). Желание жить «по правде» пронизывает все сформулированные цели: качественная медицинская помощь, доступное образование, достойный труд, здоровая окружающая среда и даже честная власть отражают устоявшуюся «украинскую утопию». И несомненно, такая утопия вполне отражает глобальный тренд — превращение собственного национального государства в оазис социального благополучия. 

Но в этом же кроется и противоречивая интровертность современного украинского общества, его своеобразная «приземленность». В этом срезе глобальное будущее, о котором нам предложила позаботиться ООН, выглядит, скорее, как сосуществование конкурирующих обществ, где у каждого в руках идеальная матрица самообустройства.

Еще несколько десятилетий назад так называемое советское общество наряду с кодексом строителя коммунизма вполне искренне желало всему мировому сообществу «мира во всем мире», «разоружения», «гуманизма» и «дружбы народов». Может быть, сегодня эти старые штампы массового сознания вызывают улыбку. Но только отчасти. Современный мир не стал гуманнее и справедливее, зато стал еще более взаимозависим, информационно открыт, динамичен в изменениях. К сожалению, популярная среди современных политиков и интеллектуалов формула «мыслить глобально — действовать локально» никак не отразилась на современном массовом сознании. Мы действуем локально и мыслим так же.

Несколько удивляет пассивная реакция власти, массмедиа, экспертной среды. Не то чтобы не было соучастия вообще — скорее, дань теме и желание отметить, потому как важно. Не более. 

Амбиции руководства ООН понять можно. Ведь, предложив странам — участникам процесса «Цели развития тысячелетия» постоянно действующую систему индикаторов и показателей, эта организация стремится найти свой «ключ» к управляемому и согласованному развитию, занять свое место в модерировании национальных социально-экономических программ, повлиять на более авторитетные «центры влияния» — G8 и G20. И в этом процессе голос каждой нации превращается в серьезный аргумент «за» или «против» перспектив ООН как прообраза глобального парламента и его исполнительных структур, а также механизмов реализации решений. Вот этот масштаб и уровень проблемы должен привлекать национальное правительство и отечественных интеллектуалов куда больше, чем внутренние бои местного значения. Как показала работа над докладом, пока головы не поднимаем…

И последнее. Украина все же внесла свой вклад в дискуссию о целях тысячелетия, которая продолжится на сессиях ООН в 2014–2015 гг. Но является ли этот вклад и предложенный подход достаточным, чтобы успокоиться? Считаем, что нет. 

Мир, в котором мы живем, не похож на мир еще такого близкого нам XX века с его мировыми войнами и жестокими социальными экспериментами, наивными мечтами об «универсальной демократии» и просвещенной ноосфере. Это иной мир — более жесткий, прагматичный и гибкий, многомерный. В нем сочетаются передовой интеллект и глобализированный «массовый человек», высокие технологии и нищета, уникальные экономические достижения и «сдерживание» в развитии конкурентов. Мир-деревня и мир-мегаполис одновременно, где разделение труда стало уделом всего человеческого сообщества, определяя и даже предопределяя место и возможности каждого локального общества. Конкуренция за ресурсы давно вышла за рамки привычного. Не только природные, но и человеческие ресурсы, культурное наследие и управление его актуализацией, территории как рынки формируемых потребностей в самом широком смысле, социальная организация и инфраструктура жизнеобеспечения — вот новые поля борьбы, новые пики конкуренции за будущее. И успех в этой борьбе во многом зависит от готовности каждого сообщества не только к самообустройству, но и конкурентному предложению другим. Один из классиков современной историософии Арнольд Тойнби не случайно делил нации на исторические и неисторические: дело не только в том, состоялся ли ты сегодня, а в том, способен ли ты творить историю, быть сотворцом с остальными. 

Нам представляется, что в ходе дискуссии о «Целях Развития Тысячелетия» необходим голос интеллектуалов, представляющих различные нации и вместе с тем способных мыслить глобально. Возможно, их позиция, их мысли, предложения и способность «проектировать будущее» существенно дополнят чаяния и надежды, отраженные в докладах и исследованиях сотни стран — участниц процесса. 

Мы убеждены, что такие глобальные проблемы развития, как самореализация каждой личности в глобальном мире, перспективы и роль государства, сохранение и доступность глобального культурного наследия, перспективы информационного общества и задачи «нового просвещения», проблемы войны и мира, войн будущего, перспективы технологий и надежный контроль от чрезмерной милитаризации новых знаний и технологий, лишь неполный перечень целей и задач, от решения которых действительно зависит будущее наших детей, внуков и далеких потомков. 

Мы учимся мыслить тысячелетиями будущего. Достойное занятие для молодых и амбициозных наций.

По материалам: Gazeta.zn.ua

Категории
Новости

Похожие сообщения