Одесская модель. Достижения и провалы таможенной реформы

Бывший руководитель одесской таможни Юлия Марушевская рассказала Фокусу, чего удалось достичь за полтора года работы, а что осталось невыполненным из-за разногласий с Киевом Продолжительный конфликт бывшего руководителя одесской таможни...

Бывший руководитель одесской таможни Юлия Марушевская рассказала Фокусу, чего удалось достичь за полтора года работы, а что осталось невыполненным из-за разногласий с Киевом

Продолжительный конфликт бывшего руководителя одесской таможни Юлии Марушевской с руководством Государственной фискальной службы закончился приказом о ее увольнении. Об этом 5 декабря сообщила Марушевская в своём Facebook. Заявление об отставке она написала еще 14 ноября, объяснив это решение тем, что реализация проекта реформ зашла в тупик.

В Facebook вы написали, что, несмотря на препятствия, вам удалось доказать возможность быстрых изменений. Что удалось сделать?

– Все это можно оценить даже количественно. На управленческом уровне не было коррупции, и бизнес мог работать без взяток. Этому есть подтверждение сейчас, потому что многие бизнесмены после назначения нового руководства говорят о восстановлении препятствий и поборов.

В рамках своих полномочий мы делали все для упрощения жизни бизнесу: сокращалось время таможенных процедур, а оплата налогов стала комфортней и более предсказуемой. Работали над упрощением процедур на региональном уровне. Начиная с того, что на одесской таможне большинство перевозок оформлялось по цене, указанной в договоре, а не по индикативной цене. Мы достигли этого благодаря системе, которая позволяла «белому» бизнесу оформлять документацию быстрее – до одного часа, а не до четырех, как это принято в Украине. Сократили количество физических досмотров в пять раз, но в два раза подняли их эффективность. Дискриминационный принцип «это проверяю, это не проверяю» перестал работать. В таких условиях каждый бизнесмен понимал, сколько он потратит на таможне денег и времени. Все эти меры привели к сокращению времени по экспорту, импорту и транзиту.

Были изменения и в кадровом составе. Проводился конкурс на сто должностей, благодаря чему переформатировали весь руководящий состав среднего звена таможни. На уровне региональной таможни мы отстояли через суд свое право проводить конкурс на должности руководителей постов, что было уникальным для Украины.

Вместе с областной администрацией отремонтировали полностью разрушенный пункт пропуска Староказачье между Украиной и Молдовой. Совместно с Министерством инфраструктуры восстановили там дорогу.

Вы говорите о локальных задачах. Получилось ли что-то на системном уровне?

– К сожалению, главная реформа – институциональная, которая должна была позволить всем позитивным изменениям стать системными, не удалась. Мы контролировали все в ручном режиме. Чтобы все было прозрачным и без влияния человеческого фактора, нужно было заменить программное обеспечение, изменить процедуры. Для этого, конечно, нужна была поддержка на уровне Киева. Этой поддержки не было, несмотря на все заявления президента, премьер-министра и Кабмина.

Таможенная реформа в Одессе должна была стать пилотной для таможенной реформы в Украине. Почему ее не поддержало руководство страны? Почему у них нет политической воли на реализацию реформ? Лучше об этом спросить у президента и премьер-министра. Был год обещаний и никаких реальных действий.

Уже после отставки Михаила Саакашвили вы обращались в Кабмин и Администрацию президента за помощью. Что вам ответили?

– Я надеялась на реальные действия. Их не было. Ничего не изменилось со стороны министра финансов, Администрации президента и премьер-министра. От представителей команды премьер-министра не раз слышала, что они не видят будущего одесского проекта таможенной реформы.

Позитивные изменения, о которых вы сказали, останутся в истории или новое руководство может их поддерживать?

– Изменения не были на уровне системы, они были только региональными. Один год бизнес жил и работал в нормальных условиях. Этот опыт цивилизованной работы останется. Сейчас назначили нового руководителя таможни с двадцатилетним опытом. Он снова проводит беспринципные остановки и досмотры грузов, срывает контракты. Все это – неправильный подход и у бизнеса есть, с чем сравнивать. Изменения укоренятся и станут системными только при их законодательном оформлении и поддержке центральной власти.

Что сейчас с проектом Открытого таможенного пространства? Его поддерживал президент. У этого проекта есть шансы?

– Проект Отрытое таможенное пространство – и есть то системное изменение, о котором я говорю. Именно ради его реализации меня и назначили на должность. Проект подразумевает упрощение процедур, устранение человеческого фактора, одно окно для всех контролирующих инстанций, адекватные зарплаты таможенникам и замену программного обеспечения.

Поддержка, о которой вы говорите, осталась на уровне деклараций. Когда полгода назад мы вместе с таможенным комитетом рассматривали законопроект, его не поддержала именно президентская фракция. Это нам открыто дали понять. В мае приезжал премьер-министр, который дал много обещаний по запуску проекта. Ничего из них не было реализовано. Все это – демонстрация отсутствия управленческих способностей нашего госаппарата и политической воли реализовывать реформы. За время работы нового правительства не было ни одного реального изменения в таможенной сфере. И при этом всем Кабмин называет таможенную реформу приоритетной. Наверное, Открытое таможенное пространство и Роман Насиров (Глава Государственной фискальной службы Украины. — Фокус) не могут существовать в одной системе. Руководству ГФС не нужна прозрачность, а у центральной власти нет политической воли что-то менять.

Вы не раз упоминали об административных препятствиях в работе, в том числе – со стороны ГФС. О каких препятствиях речь?

– Работа региональной таможенной службы – регламентированный процесс. Даже если не говорить обо всех выговорах за неполное служебное соответствие, проблемы были даже с простой операционной работой. Каждый мой приказ о кадровом назначении должен был утверждаться службой внутренней безопасности, которая напрямую подчиняется Насирову. Каждое решение на уровне региона должно согласовываться со структурой, перед которой стоит задача не помогать нам. Фактически мы находились в тылу врага.

После отставки Саакашвили вы заявляли, что не заинтересованы в политической карьере. Сейчас вы официально покидаете пост главы одесской таможни. Вы не передумали?

– Мне нужна пауза. Я полтора года провела на государственной службе, где работать приходилось очень интенсивно. Нужна перезагрузка. Я не собираюсь снова идти на госслужбу. Про политическую карьеру еще ничего не могу сказать.

Автор материала: Алексей Коваленко

По материалам: Focus.ua

Категории
Новости
Лента новостей

Похожие сообщения